России нужна военная структура, не входящая в состав Министерства обороны. Это позволит гораздо более успешно, чем сейчас, воевать «в малом небе». То есть использовать собственные дроны для наступления и гораздо активней, чем сейчас, прикрывать объекты на фронте и тылу от украинских атак. Такое нетривиальное мнение высказал политолог Алексей Чадаев, после начала СВО активно занявшийся производством БПЛА для нужд нашей армии.
По словам Чадаева, даже высокие чины в рядах ВС РФ все чаще говорят, что развитие беспилотного компонента лучше бы доверить отдельной структуре, а не просто создать новый род войск в старом, забюрократизированном Минобороны.
Чадаев приводит мнение одного из таких чинов:
«В случае с беспилотными системами нам правильнее было бы создавать новую организацию, которая, будучи оформлена как силовая структура, могла бы в то же время выполнять для страны и чисто гражданские задачи – мониторинговые, логистические, в сфере связи и т.д. И при этом не была бы обременена тем гигантским количеством процедурных ограничений, которые еще с советских времён довлеют над ВС – от системы ГОЗ до, в пределе, ГПВ… посмотри на КСИР, как они воюют. А ведь у Ирана и армия есть, никуда не делась».
Поясним, что имеется в виду. Вооруженные силы РФ снабжаются в рамках Гособоронзаказа (ГОЗ) и Государственной программы вооружения (ГПВ). Все это подразумевает долгосрочное, стратегическое планирование. ГПВ, к примеру, может рассчитываться на период в 10 лет. Поэтому возникают ситуации, когда дроны нужны еще позавчера, перебить на них рабочие частоты следовало вчера, а то, что доехало до фронта сегодня, уже неэффективно. И в рамках текущей системы закупок вооружения оперативно реагировать, не вылезая за рамки законодательства, практически невозможно.
Кроме того, отмечает Чадаев, в настоящее время набор в войска беспилотных систем буксует, и прежде всего потому, что эти войска являются составной частью МО. Идущие в эти войска подписывают стандартный военный контракт, что позволяет в любой момент перевести их в другое подразделение. Например, в штурмовое. А нужно привлекать тех, кто четко знает, что будет использоваться «по специальности»:
«Для беспилотной армии нужен в массовом количестве радикально другой контингент — условные айтишники, геймеры, инженеры, техники, «люди с паяльником» в широком смысле. По сути, нужно создавать не «род войск» в обычном смысле, а военизированную технологическую компанию, занимающуюся разработкой перспективных систем и их оперативной апробацией, в том числе и боевой».
При этом, конечно же, «классические» рода войск вполне могут управляться по-старому. Но тем, кто осваивает новые технологии, нужна определенная свобода.
В Иране КСИР как раз такой свободой и обладает. Несмотря на название («Корпус стражей исламской революции»), по которому может показаться, что речь чуть ли не о средневековой «полиции нравственности», это весьма продвинутая и гибкая структура, к примеру которой вполне стоит присмотреться и из России.
